Геннадий Ходырев: “Если Фрадков не поможет, мы будем вынуждены обратиться к Президенту Путину”

НТА - Арсений Соловей

Кроме того, глава региона рассказал о том, чем вызвана необходимость строительства скоростной эстакады "Москва – Нижний Новгород", подытожил итоги работы Правительства Михаила Фрадкова и рассказал о проверке, которую проводят правоохранительные органы в отношении Балахнинского ЦБК "Волга".

–Геннадий Максимович, 28 февраля генеральный директор международного аэропорта "Нижний Новгород" отвез в Москву множество документов. Может ли город рассчитывать на то, что федерация в 2005 году выделит средства на ремонт фидера?

–Мы надеемся на это. Мы договорились с Валентином Назаряном (генеральный директор аэропорта – прим. НТА) о том, что кроме его визита в Федеральное агентство воздушного транспорта, мы направим в адрес премьер-министра РФ Михаила Фрадкова письмо с просьбой выделить какую-то часть средств не только для ремонта фидера, но и для восстановления взлетно-посадочной полосы. Ее нам необходимо срочно подлатать.

Не стоит также забывать, что в канун празднования 60-летия Победы к нам поедет очень много гостей, не только из России, но и из других стран мира. В Москву поедут ветераны, делегации. Если питерский аэропорт "Пулково" подготовили достаточно серьезно, то Нижний Новгород как-то принципиально забывают. Если и Фрадков нам не поможет, то мы будем вынуждены обращаться к Президенту РФ Владимиру Путину.

–Кому же все-таки принадлежит фидер, который питает аэропорт?

–Это федеральная собственность. Наша собственность – только само здание аэровокзала.

–С Михаилом Фрадковым Вы обсуждали возможность строительства скоростной эстакады "Москва – Нижний Новгород. Для чего она нужна? Не легче ли отремонтировать как надо уже имеющуюся трассу?

–На существующей трассе и существующей грунтовой подушке таких скоростей, каких требует XXI век, уже не достигнешь, как бы ты не старался. Не стоит забывать, что под железнодорожным полотном трассы "Москва – Нижний Новгород" есть карстовые провалы, и когда речь идет о скоростях более 200 км/час, это становится опасным.

Практика эстакадных железных дорог хорошо апробирована в Японии, и других высокоразвитых странах, поэтому я считаю, что за такой проект браться надо. Уже есть частные инвесторы, которые готовы поучаствовать в этом проекте. Получится, что для автомобилистов у нас будет две дороги – одна платная эстакада, вторая альтернативная, бесплатная – это та трасса, которая есть сейчас.

Стоимость проекта – около 200 миллиардов рублей. Срок его окупаемости 15 – 18 лет. Сейчас этот срок кажется очень большим, но во всем мире уже давно считают, что даже срок окупаемости 25 лет может быть вполне приемлемым. В период, скажем так, первичного накопления капитала, многие хотят на один вложенный рубль получать два, а то и три рубля прибыли. Но это заканчивается, и те же банки будут считать за счастье получать по пять процентов годовых.

–На этой неделе исполняется год Правительству Михаила Фрадкова. Как вы оцениваете деятельность самого Фрадкова, и деятельность кабинета российских министров?

Как премьер-министр Фрадков мне нравится. Он, по крайней мере, понимает реалии, которые существуют в стране, я имею в виду в первую очередь в области экономики. Он понимает, что творится в социальной сфере. Поэтому, его требование к министрам с точки зрения их конкретного вклада в развитие экономики России абсолютно справедливы.

В целом же, кабинет министров старается работать в унисон с премьер-министром, правда, не всегда это получается. Об этом можно судить по программе социально-экономического развития до 2008 года, когда во второй раз кабинет министров не принимает ее. Я считаю, что это правильно. Здесь лучше руководствоваться правилом: "Семь раз отмерь, один отрежь". Мне кажется, что в целом, кабинет министров работоспособный, и от него можно ждать больше, чем он сейчас дает.

–Руководство одного из крупнейших в стране целлюлозно-бумажного комбината "Волга" заявляет о том, что их просто "душат" налоговыми проверками? Действительно ли все так плохо и с чем связаны проверки?

–Проверки комбината идут уже очень давно. Для того, чтобы их завершить, не хватает многих документов. Претензии налоговиков, как правило, оспариваются собственниками в суде. Поскольку, часть продукции ЦБК уходит через оффшоры, надо заполучить документы и в оффшорах, но их никто не выпускает из рук. К этой тяжбе подключены и правоохранительные органы. Но, несмотря на все соглашения, такие документы наши налоговики пока получить не могут. Поэтому, когда и в каком объеме они выскажут свои претензии, говорить рано.